Тысячи звезд Николая Гнисюка

По иронии судьбы его имя мало известно украинцам. Мог ли кто-то предположить, что родившийся в небольшой деревушке Винницкой области в разгар войны простой крестьянский мальчишка станет фотографом с мировой известностью. Что персональные выставки Николая Гнисюка пройдут в десятках стран. А в Лос-Анджелесе ее будет открывать сам Роберт де Ниро.  Можно по-доброму позавидовать таланту и творческому везению мастера, создавшего тысячи уникальных по своей эстетике портретов отечественных и голливудских кинозвезд. Но только ли в везении дело?

Возвращая автору одну из подаренных ему фотографий, Марчелло Мастроянни напишет: «Миколе, прекрасному фотографу и интеллигентному человеку». А ведь начиналось их знакомство весьма нелицеприятно.

… Новогодний вечер в Доме кино. Марчелло Мастроянни, которому Никита Михалков предложил роль в картине «Очи черные», естественно, в центре внимания. Он весел, остроумен. Вдруг благодушие на его лице сменяется гневом. «Что ты все снимаешь и снимаешь! – бросает он в адрес фотографа, который, растерявшись, но лишь на мгновение, парирует: – А что ты все кривляешься и кривляешься! Я фотограф, и снимать – моя профессия. Точно так же, как ты актер, и твоя профессия – кривляться».

Позднее Марчелло объяснит причину своего гневного выпада. Никто в мире не доставлял ему столько неприятностей, сколько фотографы, бесцеремонно вторгавшиеся в его личную жизнь. Поэтому фотографов он, мягко говоря, недолюбливал. Но, глядя на серию снимков, сделанных Гнисюком во время пребывания актера в России, Мастроянни сразу поймет, что за ним не подглядывали, а рассказали историю. Тогда-то он и оставит автограф, с которого началась их настоящая дружба с Николаем.

Впрочем, Николай Гнисюк часто повторял, что снимает так, чтобы после этого с ним еще здоровались. И речь здесь не столько о таланте и мастерстве фотографа, сколько о профессиональной этике и чертах душевного свойства. Ведь не случайно, все, кто знал Николая лично,  в первую очередь отмечают его прекрасные человеческие качества. Этот человек, который дышал фотоискусством и не расставался с камерой, однажды несколько дней прожил в одном гостиничном номере с Владимиром Высоцким и не сделал ни кадра. Просто сидеть до утра и беседовать о жизни казалось тогда важнее.

Есть затертая до дыр фраза: талантливый человек талантлив во всем. Утверждение, зачастую, спорное. Но в отношении Гнисюка весьма  справедливое.

Какой он фотограф – знали все. Какой прекрасный кулинар – лишь друзья и близкие. А ведь он еще и музыкантом мог стать: во всяком случае, все к этому шло. В четырнадцать лет оказавшись в Риге, он воспитывался в армии, в военном духовом оркестре, в семнадцать играл вместе с Раймондом Паулсом… Увы – или к счастью – но врачи запретили ему, учитывая слабое здоровье, играть на трубе. Встал вопрос: что делать?

Рижской киностудии требовался­ проявщик кинопленки. Его взяли. Приметили. И направили на курсы ассистентов кинооператора. Затем работа в качестве оператора. И, наконец, на  съемках фильма «Руки» он по­пробовал взглянуть на мир сквозь линзу фото­объектива. А когда съемки были закончены и отпечатаны снимки, его послали за шампан­ским. «У кого день рождения?» — прикидывал он, не подозревая, что это в его честь шампанское, ибо в нем родился фото­граф. Уловил мо­мент рождения известный кинооператор Гунар Бинде. А может быть, это случилось раньше? Еще в отрочестве? В украинском селе Перекоренцы, где родился? Ведь первый фотоаппарат – «Смену» – ему купила мама, когда он окончил семь классов.

Как бы то ни было, в 1967 году Микола Гнисюк перебрался из Риги в Москву и, выдержав конкурс, поступил в «Советский экран». В журнале, определившем его творческую стезю, он проработал ровно 25 лет.

У Омара Хайяма есть изречение, которое часто цитировал Гнисюк: «Самая интересная поверхность на земле – лицо человека». Главное в его творчестве, безусловно, портрет. Он снял не одну сотню людей (только для «Советского экрана» более 400 портретов для обложек!), но, глядя на ту или иную фотографию, мог вспомнить все подробности съемки, восстановить в памяти даже запахи и звуки.

Роберт Рэдфорд и Роберт де Ниро, Милош Форман и Джон Войт, Вим Вендерс и Лино Вентура, Софи Лорен и Джина Лоллобриджида, Стэнли Крамер и Изабель Юпер… Даже иностранных «звезд», которых он снимал, не перечислить. Что уж говорить об отечественных! Сорок лет в кино – это, как ни крути, история.

Имя Гнисюка вошло в историю. В двух мировых энциклопедиях: «Современный фотограф», изданной в Англии, и «Камера Обскура», вышедшей в Швейцарии, он в числе лучших фотографов, родившихся на нашей планете с 1839 года.

 

Николай был первым советским фотографом, приглашенным Американской киноакадемией на церемонию вручения «Оскара». То был юбилейный, 60-й «Оскар». В смокинге и бабочке, заботливо подобранными ему реквизиторами Мосфильма, в огромном зале, сверкающем огнями и бриллиантами, где на один квадратный метр приходилось по нескольку знаменитостей, о чем, вы полагаете, он думал? О родной деревне, с ее живописными долинами и удивительными людьми, которые за словом в карман не полезут. О маме, - признавался Гнисюк друзьям.

Он многое взял от мамы. Чувство юмора и житейскую мудрость, заключающуюся в том, чтобы быть счастливым с тем, что есть у тебя сегодня, пусть даже это чашечка кофе. Правда, не растворимого. Настоящего, душистого.

Надежда Майданская


 

P.S. ІІІ Киевский международный кинофестиваль откроется выставкой работ Николая Гнисюка.